javascriptNotEnabled

По своей сути покер — глубоко статистическая игра. Каждая рука оценивается исходя из ее редкости, так что наличие двух пар ценнее, чем наличие одной, а стрит-флеш ценнее стрита и флеша по отдельности. Игрок в покер, который умеет анализировать две свои закрытые карты в терминах возможных вероятностей — который знает, что сданные ему две четверки означают, что вероятность того, что на флопе также окажется четверка, составляет 4 %, — обладает определенным преимуществом перед своими соперниками. Он может делать ставки, основываясь на законах статистики, так что его ставки отражают вероятность его выигрыша. Однако эта игра не только про карты. Бесконечно сложным покер делают ставки. Именно это превращает «Техасский холдем» в черную магию — смесь драматического мастерства и теории игр. Рассмотрим акт поднятия ставки. Такой ход может иметь очень простой смысл: игрок демонстрирует уверенность в своих закрытых картах. Или это может быть признаком блефа, когда игрок пытается сорвать банк, заставив всех остальных игроков сбросить карты. Как можно различить эти два различных намерения? Вот тут-то в дело и вступает опыт. Профессиональные игроки в покер постоянно пытаются раскусить своих противников, ища малейшие признаки обмана. Вписывается ли эта ставка в его стандартную манеру поведения? Был ли игрок весь вечер постоянно сдержанным или агрессивным? Почему его левый глаз подергивается? Это признак нервозности? (Те, кого легко раскусить, называются «азбучными игроками».) Конечно, лучшие игроки в покер также являются лучшими обманщиками, способными постоянно сбивать своих противников с толку при помощи убедительнейших блефов и непредсказуемых ставок. Они знают, что самое главное в покере — не то, какие карты у них на руках, а то, какие у них карты по мнению других игроков. Хорошо поданная ложь ничем не хуже правды. Как мы принимаем решения Однако эта игра не только про карты. Бесконечно сложным покер делают ставки. Именно это превращает «Техасский холдем» в черную магию — смесь драматического мастерства и теории игр. Рассмотрим акт поднятия ставки. Такой ход может иметь очень простой смысл: игрок демонстрирует уверенность в своих закрытых картах. Или это может быть признаком блефа, когда игрок пытается сорвать банк, заставив всех остальных игроков сбросить карты. Как можно различить эти два различных намерения? Вот тут-то в дело и вступает опыт. Профессиональные игроки в покер постоянно пытаются раскусить своих противников, ища малейшие признаки обмана. Вписывается ли эта ставка в его стандартную манеру поведения? Был ли игрок весь вечер постоянно сдержанным или агрессивным? Почему его левый глаз подергивается? Это признак нервозности? (Те, кого легко раскусить, называются «азбучными игроками».) Конечно, лучшие игроки в покер также являются лучшими обманщиками, способными постоянно сбивать своих противников с толку при помощи убедительнейших блефов и непредсказуемых ставок. Они знают, что самое главное в покере — не то, какие карты у них на руках, а то, какие у них карты по мнению других игроков. Хорошо поданная ложь ничем не хуже правды. В начале чемпионата Бингер играл в спокойный покер, используя свои выдающиеся математические В начале чемпионата Бингер играл в спокойный покер, используя свои выдающиеся математические способности, отточенные в аспирантуре, для того чтобы методично вычислять, с какими руками он должен участвовать в игре. Девять раз из десяти он сразу же сбрасывал карты, и он рисковал деньгами только тогда, когда его закрытые карты имели приличную статистическую вероятность, например, пара старших карт или комбинация туз — король. «На начальных раундах каждого турнира всегда полно игроков, которым, возможно, там не место, — говорит Бингер. — Это богатые ребята, которые думают, что играют гораздо лучше, чем есть на самом деле. На этом этапе игры самое важное, что можно сделать, — не совершить серьезную ошибку. Не стоит слишком рисковать. Вам просто нужно остаться в игре. На этом этапе я всегда прибегаю к математике». Как мы принимаем решения Рассмотрим, к примеру, одну из ранних рук Бингера на МСП. Ему сдали безупречную пару тузов; эта комбинация настолько хороша, что у нее есть свое собственное название — «Американские авиалинии». Естественно, Бингер решил поднять ставку. Хотя это было скромное повышение — Бингер не хотел никого спугнуть, — все остальные игроки за столом решили сбросить карты, за исключением холеного пожилого мужчины, одетого в ярко-желтую рубашку поло с большими пятнами пота под мышками. Он подтолкнул свою небольшую стопку фишек к центру стола. «Иду ва-банк», — заявил мужчина в желтом. Бингер предположил, что у него либо пара старших карт (например, два короля), либо две старшие карты одной масти (к примеру, король и дама пик). Бингер немного помедлил и оценил свои шансы. Если он правильно догадался о комбинации другого игрока, — а это было серьезное допущение, — тогда вероятность того, что он выиграет, составляла от 82 % до 87 %. Бингер решил сравнять ставки. Мужчина нервно открыл свои карты: туз и валет бубен. Флоп был роздан, однако это был бессмысленный набор карт. Терн и ривер тоже не могли ему помочь. Пара тузов Бингера была сильнее. Мужчина в желтой рубашке поморщился и, ни слова не говоря, ушел прочь. Дни идут, и слабые игроки безжалостно отбраковываются. Это похоже на естественный отбор в режиме быстрой перемотки. Чемпионат идет без ночного перерыва, пока не будет удалено больше половины игроков, так что игры часто продолжаются до двух или трех часов утра. («Научиться вести ночной образ жизни — одна из составляющих успеха», — говорит Бингер). К четвертому дню даже самые опытные игроки начинают выглядеть немного изнуренными. На их небритых лицах застывает выражение усталости, а отсутствующий взгляд свидетельствует об адреналиновом похмелье. Затхлый запах сигаретного дыма кажется популярным дезодорантом. Как мы принимаем решения Дни идут, и слабые игроки безжалостно отбраковываются. Это похоже на естественный отбор в режиме быстрой перемотки. Чемпионат идет без ночного перерыва, пока не будет удалено больше половины игроков, так что игры часто продолжаются до двух или трех часов утра. («Научиться вести ночной образ жизни — одна из составляющих успеха», — говорит Бингер). К четвертому дню даже самые опытные игроки начинают выглядеть немного изнуренными. На их небритых лицах застывает выражение усталости, а отсутствующий взгляд свидетельствует об адреналиновом похмелье. Затхлый запах сигаретного дыма кажется популярным дезодорантом. Бингер постепенно становится за игровым столом все более агрессивным. Как будто его связанные со ставками инстинкты имеют регулятор громкости, и теперь он медленно увеличивает звук. Он все еще сбрасывает большинство рук, но когда он все же решает сделать ставку, он действует решительно. В этих случаях он следует хорошо отрепетированному сценарию. Бингер еще раз смотрит на свои закрытые карты и играет желваками. Затем он поправляет солнечные очки с отражающими стеклами, плотно прижимая их к глазам, снова смотрит на карты и сдвигает устрашающую стопку фишек на центр стола. Его лицо излучает самоуверенность. Он закончил с подсчетами и знает свои шансы. После этого другие игроки чаще всего сбрасывают свои карты. Эта безукоризненная стратегия оправдывает себя. К концу пятого дня чемпионата Бингер на четвертом месте с фишками на 4 920 000 долларов. Четырнадцать часов спустя у него уже 5 275 000. После семи утомительных дней он собрал внушительную гору фишек стоимостью почти 6 000 000 долларов. А затем на восьмой день Бингер наконец оказывается за финальным столом. Когда игра начинается, у голливудского продюсера Джейми Голда безусловное лидерство по количеству фишек. Голд играет в умный покер, но ему также поразительно везет. Как сказал мне позже один из профессиональных игроков, " [У Голда] потрясающая способность вытаскивать карты у себя из задницы. И каким-то образом он всегда вытаскивает ровно то, что ему нужно». Как мы принимаем решения Эта безукоризненная стратегия оправдывает себя. К концу пятого дня чемпионата Бингер на четвертом месте с фишками на 4 920 000 долларов. Четырнадцать часов спустя у него уже 5 275 000. После семи утомительных дней он собрал внушительную гору фишек стоимостью почти 6 000 000 долларов. А затем на восьмой день Бингер наконец оказывается за финальным столом. Когда игра начинается, у голливудского продюсера Джейми Голда безусловное лидерство по количеству фишек. Голд играет в умный покер, но ему также поразительно везет. Как сказал мне позже один из профессиональных игроков, " [У Голда] потрясающая способность вытаскивать карты у себя из задницы. И каким-то образом он всегда вытаскивает ровно то, что ему нужно». Через несколько часов Голд начинает избавляться от некоторых из оставшихся игроков. Так как у него гораздо больше фишек, чем у всех остальных, он может превратить каждую руку в потенциальную западню. Голд также может самозабвенно блефовать, так как, заставляя его раскрыть карты, другой игрок вынужден идти ва-банк. Бингер играет осторожно («Мне просто не доставались хорошие карты», — скажет он позже), так что он ждет и наблюдает. Крупные первоначальные ставки постепенно уменьшают его количество фишек, но он начинает лучше понимать своих соперников. «Через какое-то время просто начинаешь чувствовать других людей, — говорит он. — Смотришь, как они делают какую-нибудь ставку, а затем почесывают нос или что-то еще, и вдруг неожиданно понимаешь, что у ничего них ничего нет и можно не сбрасывать». В покере нельзя быть абсолютно уверенным ни в чем, а это означает, что даже слабое предчувствие крайне ценно, если оно может немного уменьшить неуверенность. Эти психологические интерпретации нельзя измерить количественно — вы не можете обобщить человека в терминах вероятностей, — но они все равно дают Бингеру информацию, необходимую при принятии решения о ставках. Как мы принимаем решения Через несколько часов Голд начинает избавляться от некоторых из оставшихся игроков. Так как у него гораздо больше фишек, чем у всех остальных, он может превратить каждую руку в потенциальную западню. Голд также может самозабвенно блефовать, так как, заставляя его раскрыть карты, другой игрок вынужден идти ва-банк. Бингер играет осторожно («Мне просто не доставались хорошие карты», — скажет он позже), так что он ждет и наблюдает. Крупные первоначальные ставки постепенно уменьшают его количество фишек, но он начинает лучше понимать своих соперников. «Через какое-то время просто начинаешь чувствовать других людей, — говорит он. — Смотришь, как они делают какую-нибудь ставку, а затем почесывают нос или что-то еще, и вдруг неожиданно понимаешь, что у ничего них ничего нет и можно не сбрасывать». В покере нельзя быть абсолютно уверенным ни в чем, а это означает, что даже слабое предчувствие крайне ценно, если оно может немного уменьшить неуверенность. Эти психологические интерпретации нельзя измерить количественно — вы не можете обобщить человека в терминах вероятностей, — но они все равно дают Бингеру информацию, необходимую при принятии решения о ставках. Когда остается всего пять игроков, Бингер начинает действовать. «Все началось, когда мне досталась пара королей, — говорит он. — Я сразу решил сделать довольно агрессивную ставку». За несколько часов до этого Бингер с помощью блефа лишил одного из пяти оставшихся игроков, Пола Васику, большой суммы денег. Хотя Бингеру раздали плохие карты, его агрессивная ставка убедила всех остальных сбросить карты. Бингер понимал, что Васика все еще злится. «Я понимал, что Пол думает, будто я просто опять блефую, — вспоминает Бингер. — Он думал, что у меня пара небольших карт. Но у меня была пара королей». Бингер хотел заманить Васику еще дальше. В такие тактические моменты покер выходит за пределы вероятностей. Игра становится серьезной человеческой драмой, соревнованием в искусстве принятия решений. Бингеру нужно было сделать ставку, которая убедила бы Васику, что он снова пытается взять банк при помощи блефа, что он опять делает агрессивную ставку, имея лишь пару небольших карт. «Я решил пойти ва-банк, — говорит Бингер. — Не набирая установленного числа взяток, делая вид, что у меня сильная рука, на самом деле я выглядел слабым, по крайней мере в его глазах. Затем я попытался проявить слабость, но сделал это незаметно, потому что иначе он бы понял, что я только делаю вид, что блефую, что было бы верным признаком того, что на самом деле у меня хорошие карты». Лучший друг и брат Бинге-ра следили за чемпионатом по кабельному телеканалу. Лучший друг был убежден, что Бингер блефует и что его сейчас вышибут из чемпионата. Признаки сдерживаемого беспокойства были очевидны: Бингер непрерывно барабанил пальцами по столу и впился зубами в нижнюю губу. «Только мой брат понимал, что происходит, — говорит Бингер. — Наверное, он знал, как интерпретировать выражения моего лица. Он сказал, что я слишком явно демонстрировал слабость, так что, должно быть, на самом деле все у меня было в порядке». Как мы принимаем решения Бингер хотел заманить Васику еще дальше. В такие тактические моменты покер выходит за пределы вероятностей. Игра становится серьезной человеческой драмой, соревнованием в искусстве принятия решений. Бингеру нужно было сделать ставку, которая убедила бы Васику, что он снова пытается взять банк при помощи блефа, что он опять делает агрессивную ставку, имея лишь пару небольших карт. «Я решил пойти ва-банк, — говорит Бингер. — Не набирая установленного числа взяток, делая вид, что у меня сильная рука, на самом деле я выглядел слабым, по крайней мере в его глазах. Затем я попытался проявить слабость, но сделал это незаметно, потому что иначе он бы понял, что я только делаю вид, что блефую, что было бы верным признаком того, что на самом деле у меня хорошие карты». Лучший друг и брат Бинге-ра следили за чемпионатом по кабельному телеканалу. Лучший друг был убежден, что Бингер блефует и что его сейчас вышибут из чемпионата. Признаки сдерживаемого беспокойства были очевидны: Бингер непрерывно барабанил пальцами по столу и впился зубами в нижнюю губу. «Только мой брат понимал, что происходит, — говорит Бингер. — Наверное, он знал, как интерпретировать выражения моего лица. Он сказал, что я слишком явно демонстрировал слабость, так что, должно быть, на самом деле все у меня было в порядке». Васика заглотил наживку. Он был настолько уверен, что Бингер блефует, что поставил миллион фишек на слабую руку. Бингер взял банк и удвоил свои фишки. «Эта ставку не имела ничего общего с математикой, — говорит он. — У меня и раньше бывали пары старших карт, и я никак их не использовал… Но в тот раз, как только я увидел свои карты, я знал, что мне нужно сделать. Честно говоря, я не знаю, почему я поставил все на эту руку. Если бы я по-настоящему об этом задумался, я, возможно, не сделал бы этого. Ставка была чертовски рискованной. Но я чувствовал, что это правильное решение. Вы можете провести любой вероятностный анализ, но в конце концов все сводится к чему-то, что вы толком не можете объяснять». 1 Профессиональные игроки в покер — фаталисты. Они живут в детерминированном мире, которым правят таинственные силы. Все возможно, однако происходит только что-то одно. Вы можете получить ту карту, которая вам нужно при сдаче ривера, а можете и не получить. Есть вероятность, что вы составите стрит, но вероятно также, что вы его не составите. Покер — игра тонкого мастерства и изящных вероятностей, но это еще и лотерея. Как мы принимаем решения Профессиональные игроки в покер — фаталисты. Они живут в детерминированном мире, которым правят таинственные силы. Все возможно, однако происходит только что-то одно. Вы можете получить ту карту, которая вам нужно при сдаче ривера, а можете и не получить. Есть вероятность, что вы составите стрит, но вероятно также, что вы его не составите. Покер — игра тонкого мастерства и изящных вероятностей, но это еще и лотерея. Это подводное течение случайностей — определяющая характеристика игры. Именно она делает психологические аспекты покера — искусное различение чужих эмоций, убедительный блеф, необъяснимые догадки — такими важными. А вот шахматы, к примеру, наоборот, игра, основанная только на непосредственно наблюдаемых данных. В ней нет никаких секретов, перетасованных колод или спрятанных карт, все движущие механизмы игры на виду — все происходит прямо перед вами на шахматной доске. В результате компьютеры могут раз за разом обыгрывать гроссмейстеров, они могут использовать свои практически безграничные вычислительные мощности для того, чтобы найти идеальный ход. Покер же нельзя так просто подчинить математике и микросхемам. Великие игроки в покер — не просто играющие на деньги статистики. Им нужно кое-что еще — необъяснимая способность понимать, когда стоит поставить все на пару королей. «Покер — это и наука, и искусство, — говорит Бингер. — Чтобы добиться в нем успеха, нужно овладеть обеими сторонами игры». Бингер говорит о том, что всегда существует два способа обходиться с выпавшими картами. Первый подход — математический. Он состоит в том, чтобы относиться к каждому набору карт как к математической задаче, и предполагает, что выиграть — это просто правильно подставить вероятности в сложное уравнение. Согласно этой стратегии, игроки в покер должны действовать как рационалисты, ища ставки, имеющие минимальный риск и максимальную выгоду. Именно так и вел себя Бингер во время начальных раундов МСП, когда он ставил только на те руки, которые должны были выиграть с большой вероятностью. Зарабатывание денег превращалось просто в правильную оценку вероятностей. Как мы принимаем решения Бингер говорит о том, что всегда существует два способа обходиться с выпавшими картами. Первый подход — математический. Он состоит в том, чтобы относиться к каждому набору карт как к математической задаче, и предполагает, что выиграть — это просто правильно подставить вероятности в сложное уравнение. Согласно этой стратегии, игроки в покер должны действовать как рационалисты, ища ставки, имеющие минимальный риск и максимальную выгоду. Именно так и вел себя Бингер во время начальных раундов МСП, когда он ставил только на те руки, которые должны были выиграть с большой вероятностью. Зарабатывание денег превращалось просто в правильную оценку вероятностей. Но Бингер понимает, что покер — это не просто набор математических задач. Когда он говорит об искусстве игры, он имеет в виду все то, что нельзя представить в виде цифр. Статистические законы не могли подсказать Бингеру, как заманить Васику в ловушку или должен ли он блефовать, имея на руках пару не очень высокого достоинства. Даже наиболее тщательно высчитанные вероятности не могут избавить перетасованную карточную колоду от непредсказуемости. Именно поэтому лучшие игроки в покер не делают вид, что покер можно просчитать. Они знают, что в конечном счете эта игра остается загадкой. «Иногда мне приходится заставлять себя не сосредотачиваться на математических выкладках, — говорит Бингер. — Опасность математики состоит в том, что она может заставить вас думать, что вы знаете больше, чем на самом деле. Вместо того чтобы думать о том, что делает другой игрок, вы в результате зацикливаетесь на процентных отношениях»Разница между математическими задачами и загадками очень важна. Чтобы решить математическую задачу, нужно лишь рационально поразмыслить. Некоторые руки в покере, конечно, можно разыграть, полагаясь на математику: когда вам раздают пару тузов или вы получаете стрит на флопе, вы будете делать более агрессивную ставку Вероятность на вашей стороне, и небольшое количество статистических выкладок приведет вас к правильному решению. Но этот рациональный подход нельзя применять к большому количеству покерных рук, являющихся несомненными загадками. В таких ситуациях дополнительный статистический анализ не поможет игроку принять решение. Более того, слишком интенсивные размышления являются частью проблемы, потому что дополнительные мысли только мешают. «Иногда мне приходится заставлять себя не сосредотачиваться на математических выкладках, — говорит Бингер. — Опасность математики состоит в том, что она может заставить вас думать, что вы знаете больше, чем на самом деле. Вместо того чтобы думать о том, что делает другой игрок, вы в результате зацикливаетесь на процентных отношениях». Первый этап разгадывания загадки состоит в понимании того, что простого решения нет. Никто не знает, какая карта будет следующей. И тогда в игру вступают чувства. Когда нет очевидного ответа, игрок в покер вынужден принимать решения, используя свой эмоциональный мозг. Так что слабая догадка относительно руки и необъяснимое предчувствие относительно противника в результате становятся решающими факторами. Это решение не будет идеальным — слишком уж велика неопределенность, — однако это лучший вариант. Загадки требуют чего-то большего, чем простая рациональность. «Я знаю, что мой мозг усваивает гораздо больше переменных, чем я осознаю, — говорит Бингер. — Особенно когда речь идет о понимании других игроков. Я часто очень точно разгадываю их поведение, даже не зная, на какие сигналы обращаю внимание. По мере того как я набирался опыта, я чувствовал, что моя интуиция становится все лучше и лучше, пока я почти не перестал в ней сомневаться. Если у меня есть четкое ощущение, я полагаюсь на него». Как мы принимаем решения И тогда в игру вступают чувства. Когда нет очевидного ответа, игрок в покер вынужден принимать решения, используя свой эмоциональный мозг. Так что слабая догадка относительно руки и необъяснимое предчувствие относительно противника в результате становятся решающими факторами. Это решение не будет идеальным — слишком уж велика неопределенность, — однако это лучший вариант. Загадки требуют чего-то большего, чем простая рациональность. «Я знаю, что мой мозг усваивает гораздо больше переменных, чем я осознаю, — говорит Бингер. — Особенно когда речь идет о понимании других игроков. Я часто очень точно разгадываю их поведение, даже не зная, на какие сигналы обращаю внимание. По мере того как я набирался опыта, я чувствовал, что моя интуиция становится все лучше и лучше, пока я почти не перестал в ней сомневаться. Если у меня есть четкое ощущение, я полагаюсь на него». Различные стратегии, используемые игроками в покер, демонстрируют, как полезен мозг, способный одновременно на рациональный анализ и иррациональные эмоции. Иногда помогает посмотреть на карты с точки зрения отстраненной статистики и делать ставки только тогда, когда шансы на вашей стороне. Однако лучшие игроки в покер также знают, когда не нужно полагаться на математику. Люди — не элементарные частицы. Играть в игру значит принять неполноценность статистики, понимать, что цифры не знают всего. Бингер осознает, что в определенных ситуациях важно прислушаться к своим чувствам, даже если они не всегда знают, на что реагируют. «Как физику мне бывает сложно признать, что я не могу рационально прийти к выигрышной руке, — говорит он, — однако такова реальность покера. Вы не можете описать ее в виде идеальной модели. Она основывается на, казалось бы, бесконечном количестве данных. В этом смысле покер очень похож на реальную жизнь». Как мы принимаем решения Различные стратегии, используемые игроками в покер, демонстрируют, как полезен мозг, способный одновременно на рациональный анализ и иррациональные эмоции. Иногда помогает посмотреть на карты с точки зрения отстраненной статистики и делать ставки только тогда, когда шансы на вашей стороне. Однако лучшие игроки в покер также знают, когда не нужно полагаться на математику. Люди — не элементарные частицы. Играть в игру значит принять неполноценность статистики, понимать, что цифры не знают всего. Бингер осознает, что в определенных ситуациях важно прислушаться к своим чувствам, даже если они не всегда знают, на что реагируют. «Как физику мне бывает сложно признать, что я не могу рационально прийти к выигрышной руке, — говорит он, — однако такова реальность покера. Вы не можете описать ее в виде идеальной модели. Она основывается на, казалось бы, бесконечном количестве данных. В этом смысле покер очень похож на реальную жизнь».

Чтобы написать комментарий, Вы должны быть зарегистрированы и войти на сайт
ПРОЙТИ
Впервые здесь? Пройдите базовый тест, чтобы начать обучение
уже зарегистрированы? войти здесь
javascriptNotEnabled
Обучайтесь От базовой к продвинутой стратегии
Практикуйтесь Улучшайте свои навыки с помощью наших тренеров
Выигрывайте! Станьте успешным игроком
/Популярные акции/
Пригласите друзей Пригласите друзей Пригласите друга в Школу Покера PokerStarter и получите турнирные билеты БЕСПЛАТНО! Подробнее